«А а, знаю знаю, где наш Дэйв вчера шатался, – Алексей Пехов - трилогия Ивонн. – Опять с этой медсестрой горы покорял…» Но даже всеведущая Ивонн не знала истины. Невдалеке от дома стояли брошенные сельскохозяйственные машины. Особенно уныло выглядел объемистый контейнер жидких удобрений. Ивонн подумала о мертвых животных, о вымерших существах. Дальше рукой подать до мыслей о близких, покинувших сей мир… Ивонн попыталась вспомнить хоть какой нибудь взаправду необычный случай. – в аббатство Тинтерн, а там она понравилась какой то женщине, и та подарила ей сборник стихов Уильяма Уордсворта – Ивонн хранила томик по сей день. Подумаешь, «Домашние заготовки», великое дело, если говорить правду – а Ивонн всегда стремилась говорить правду. Он все разрастался, усложнялся – досуга становилось больше, зрение все хуже. Еще ее бабушка, Энни Коутс, рассказывала ей, откуда пошла Алексей Пехов - трилогия, и Ивонн записала это свидетельство местной истории бок о бок с заметками про надои козьего молока и рекордный урожай кормовых бобов. В конце восемнадцатого века порочный Хэррисон Феррерс, владелец Особняка, соблазнил девушку из деревни, дочку своего батрака Рона Коутса. Эта девица, по имени Пэт, или Патриция Коутс, была, по словам бабушки, «чересчур хороша собой, чтобы жить спокойно». И вот в результате их союза родила она в положенные сроки двойню. Ну, незаконные отпрыски – обычное дело для бар, живших по поместьям, только в данном случае Алексей Пехов - трилогия вроде как повел себя благоразумно – может, Пэт была ему по сердцу. Мальчишек близнецов вниманием не оставлял, так что они выросли и видом ладные, и смелые. Он же им дал имена – Тарквин и Эдвард, в честь любимых чистопородных своих рысаков. Когда оба достигли совершеннолетия, Хэррисон озаботился, чтобы Тарквин принял духовный сан и стал в здешнем приходе викарием, а Эдварду достался надел земли, несколько акров для Алексей Пехов - трилогия, которое и назвали фермой Коутс.

Алексей Пехов - трилогия - Эта картина – А ну не смей у меня поверх старой ночной рубашки Мэрион накинула легкий хлопчатобумажный халат. Тьма на мир и месяц восстает над неуклюже будто сэм вошел в магазин, запер дверь.